Получи 50$ за регистрацию, увеличь посещаемость своего сайта на 70% - 150% и заработай денег!

Андрей Стрельцов

Жизнь по Гераклиту


се течет, все изменяется. В одну реку нельзя войти дважды. Так сказал Ге..." Выключил радио, взглянул на часы. Пора. Допил чай. Проверил: ключи, бумажник, галстук - на месте. Портфель... Захлопнул дверь и - к остановке.

По аллейке навстречу идет молодой человек. Увидел издали:

- Атлант! Вот те крест: настоящий Атлант! Полжизни в спортзале!

А как подошел ближе - игла в сердце: "Он!" Как уверенно идет! Какой красавец! Только странный какой-то? Что-то... И вдруг толчок в плечо и резкое: "Подонок!"

Ошалев, обернулся - молодой человек удаляется как ни в чем ни бывало.

- Что ж это он? Откуда ж он?.. Мать, с-сучка, рассказала...Все не имется ей. Стерва!.. А он... Сын... За что?

Мысли путались, вертелись темными, колючими клубочками. Было неприятно, хотелось сосредоточиться на чем-то одном и... Постепенно одна выбилась из стаи и начала пульсировать. Толчок - боль, толчок - боль: "За что? За что? За что?.."

Втерся в автобус. (Как всегда битком.) Портфель под мышкой. В мозгу буравчик: "За что? За что? За..."

- Гражданин, оплотим проезд!

плoтим! Дура!" - Буравчик затих и больше не жужжал.

***
Читал лекции, задавал вопросы... День промигнул незаметно. Домой пошел позднее, чем обычно.

Уже зажигались фонари, и на асфальте под ними расплывались светлые пятна.

В проеме входной двери мальчишка-студент. Тренированная фигура… Снова игла. Вспомнил утреннее и больше уже не мог переключиться на что-то иное. Все думал, думал... И к остановке шел - думал, и в автобусе...

Из забытья вывела "шпилька", воткувшаяся в ногу.

- Черт-те!.. Будьте внимательней! Что вы, как!..

Дернулась. Глаза усталые, загнанные (кто же тебя заездил, лошадка?):

- Сам-то хорош! Расшаперился со своим портфелем!

Не ожидал! Глаза опустил - дырка. На чулке. Видно, тоже кто-то... Вот и остервенилась.

- Простите. Я не хотел вас обидеть.

- Да, я... сама... хороша, - покраснела, как подросток, а у глаз уже лучики- гусиные лапки. - Вы меня простите. Устала.

***
Вышли из автобуса.

- Разрешите вас проводить.

- Пожалуйста. Только... А впрочем, что тут - провожайте.

***
Долго шли молча. Старательно переступал трещинки на асфальте. Раньше, ребенком, любил играть так сам с собой. Привычка осталась. Шел и смотрел под ноги.

Тротуар наполовину в темноте. Ее левая нога в прорванном чулке на свету, а правая - в темноте.

Идет по границе света и тени. Как по канату... Засмеялся. Удивленные глаза - вверх...

- ?

- Скажите, кто вы?

- Я? Учительница.

- Нет, не то. Как вас зовут?

- Татьяна.

- "Татьяна, милая Татьяна!.."

В лошадьих глазах удивление сменилось интересом:

- "Евгений Онегин". Вы литератор?

- Нет, философ.

- По призванию или по профессии?

- По жизни. Разрешите представиться: Константин.

- Славное имя. Constanta - постоянный.

- Вы физик?

- Нет, что вы! Историк. Вернее, историчка.

Снова замолчали. Под ногами шелест листвы. Трещинок больше нет: они под листьями. Под ноги смотреть незачем. Смотрит на нее. Она задумалась, голову опустила, так что глаз не видно.

- Вы замужем?

Снова дернулась. Взглянула - обожгла (У! Какой холод. Видимо, нет.):

- А вам зачем знать?

- Да я так... Извините, Таня...

- Николаевна!

- Татьяна Николаевна. Вы...

- Ну вот. Я пришла. Прощайте.

- Простите.

Быстро процокала к двери подъеза (Лошадь и есть.). Побрел, не спеша, домой. Ни о чем не думал. Усталость какая-то не давала думать. Дома разделся, поставил чайник, закурил.

***
Курил, по привычке стоя у форточки, хотя уже давным-давно жил один и скандалов по поводу сигарет не имел.

С первой женой расстались много лет назад. Стервой была. И дурой. Дурой. И стервой. Со второй жили так... Как жили так и перестали жить... Естественно... "Разошлись, как в море корабли"... С тех пор зарекся. Был роман с одной студенткой-соплюшкой, да черт ее!..

Раздавил окурок. Выключил чайник. Ложась спать, вдруг вспомнил об утренней встрече: "А может, и не знает он меня. Так просто злость сорвал на постороннем. Скорее всего, не знает. Ведь когда уходил, ему и года не было, а она сама предложила забыть о сыне. Предложила!.. Если бы! Орала как... "Вообще забудь о нас. Сгинь, паршивец!"

А может, и знает он… Но я же не виноват!

***
Утром в автобусе:

- Здравствуйте! (Вчерашняя лошадь.)

- А, это вы? Здравствуйте. На работу?

- Да, вот. Вы тоже?

- А куда ж еще?

- Странно, раньше я вас не видела.

- Просто не знали.


иллион, миллион, миллион алых роз... Следующая - "Некрасова," - водитель выключил радио и объявил остановку.

- Ой, мне пора!

- Давайте вечером в семь...

- Нет, занята сегодня!

- Завтра. У вашего дома. Я буду…

- Хорошо! Выходите? (Уже другому с портфелем.)

Проследил глазами:

- Хорошо пошла. Интересная дамочка. А вот бы...

- Что вы сказали? - второй с портфелем насторожился.

- Выхожу я на следующей!

- А...

***
Встретились. Вечер, и фонари уже горят. Настороженная. Глаза блестят. Подкрашены.

- Ну и куда же пойдем?

- Сам не знаю. Глупо как-то себя чувствую. Мальчишка!

- Так пойдемте ко мне, чай пить!

- Ну... пойдем... те.

- Только этаж седьмой, а лифт...

- Это ничего! Но мы никого не побеспокоим? Как ваш... ваши домашние к незванноу гостю отнесутся?

- Никак: я одна...

***
Поднимались долго. Она впереди, он за ней. Невольно оценивал: "Фигурка что надо, старовата только и руки длинны, но ничего... А вот бы..."

- Ну вот и пришли!


Дверь открыла. К выключателю. Руку перехватил. Прижал к стене.

- Что вы? Что вы делаете, Конс... Пусти...


Рот зажал. В охапку. На пол. Молчит, только глазищи дикие, огромные...

***
Закурил у форточки на кухне. Руки дрожат. Прислушался - всхлипывает в ванной.


Пришла. Волосы у лба влажные. В теплом халате. В глаза не глядит.

- Давайте же пить чай, Кон... Костя.


Раздавил окурок. К ней. В ноги.

- Прости… те. Прости меня. Сам не знаю. Я не…

Говорить не мог, голову поднять - боялся. На колени опустилась рядом, по щеке погладила:

- Давай… те… пить… чай…

Понял, что простила, пожалела. От сердца отлегло.

***
Чай пили долго. И молча. О чем говорить после такого! И вдруг она:

- Расскажи о себе.

- Да что рассказывать?

- Все. Все, что хочешь.

Начал полушутя:

- Родился в семье врача, но врачом быть никогда не хотел: боялся трупов и лягушек. Трупов лягушек…

Постепенно посерьезнел. Говорил, говорил, говорил. Душу на ладошку выкладывал.

А она все смотрела, смотрела. Молча. Даже не кивала. Замерла. Пила глазами.

- Потом женился. И любил ее очень. Очень сильно любил. Сначала. Гуляли недолго - сразу в загс. Первые дни - мед. Только потом как-то оказалось, что разные мы с ней люди. У меня свои интересы, у нее - свои. Дом - работа - дом - работа - дом… Все осточертело! Начались ссоры, придирки. Потом сын родился. Олег. Тут вообще пошло-поехало. Она как с цепи сорвалась. Все не так, все не эдак. Я начал себя ловить на том, что на чужих баб заглядываюсь, домой идти не хочу. Пару раз не пошел… Сам себе стал противен. Одна отдушина - Олежка! Да только ведь его от нее не оторвешь! Чувствовал, что стреножен навеки. Не стерпел однажды, взмолился: отпусти! Она: "Отпускаю. Только чтоб тебя, паршивца, больше и духу не было. И про Олега забудь! Понял?" Ну я и забыл…

Взглянул на нее. Смотрит все так же пристально. Ни ресничкой не дрогнула, но в глазах что-то новое.

Говорил долго. И про недавнего "подонка" рассказал. Все-все…

Глаза поднял. Она потупилась, чаинки в чашке разглядывает, ложечкой играет. Почувствовала взгляд, покраснела, как подросток.

- Что же молчишь?

- Молчу? А что сказать? Иди… те. Поздно уже. Поздно.

- Ну, я завтра…

- Нет!

- А?..

- Ни к чему.

- Прос… Прощай… те, Татьяна…

- Прости… те.

***
Вышел, спустился, закурил. Поздно. Под фонарями размыты светлые круги. Улицы опустели. Из освещенных окон - звуки: "Миллион, миллион, миллион… Начинаем вечерний выпуск… Иди ты к дьяволу!… Мама, ма… Свою жизнь для тебя превра… В одну реку нельзя войти дважды. Так сказал…"

Окурок упал на асфальт.

июнь 2000 г.


"Отец" // Вернуться в архив // "Капля"
[Главная страница] [Биография] [Библиография] [Критика] [Почта] [Гостевая книга]

Copyright © Андрей Стрельцов 2000